Ты стоишь на краю парадной улицы, где фонари льют жёлтый свет на брусчатку, а витрины манят блеском стекла и золота. Это фасад Кеттердама — город-купец, город-маска. Здесь улыбаются, когда считают монеты, и вежливо кивают тем, кто может испортить репутацию. Но стоит сделать шаг в сторону, свернуть в переулок, где свет уже не достаёт до земли, — и маска падает.

Добро пожаловать в Бочку.

Здесь воздух густой от сырости и дыма, а стены будто сжимаются, чтобы вытолкнуть чужака обратно. Узкие проходы петляют, как запутанные мысли, лестницы ведут то вверх, то вниз, а иногда — просто в тупик. На углах мелькают тени, в полумраке сверкают настороженные глаза. Это не район — это лабиринт, где каждый поворот может стать ошибкой.

Говорят, Бочка учит трём вещам: не доверять, не останавливаться и не оглядываться. Но самые хитрые знают: она учит ещё и ждать. Потому что в этом районе удача — это не случайность, а расчёт.

Сегодня в Бочке особенно тихо. Туман стелется по мостовой, пряча следы, приглушая шаги. Где-то хлопает незакрытая дверь, вдалеке слышен приглушённый спор — и тут же обрывается. В воздухе висит напряжение, будто город затаил дыхание перед бурей.

А на углу, под сломанным фонарём, стоит Каз Бреккер. Он не смотрит по сторонам — он считывает детали: скрип ставни, тень, мелькнувшую в окне, запах дешёвого табака из приоткрытой двери. Для него Бочка — не хаос, а карта. И он знает: сегодня кто-то сделает неверный шаг. А он будет здесь, чтобы этим воспользоваться.