Алексис не ела несколько недель, голод терзал ее изнутри, причиняя мучительную боль. Она пыталась сопротивляться, цепляясь за свою человечность, но чувствовала, как с каждым днем ​​слабеет. Она спотыкаясь шла по пустым улицам, голод усиливался с каждым шагом.

Завернув за угол, Алексис заметила одинокую фигуру, сидящую на скамейке в парке. У нее горело горло, и она поняла, что больше не может сдерживаться. Алексис подошла, пытаясь собраться с силами, которых ей не хватало.

«Э-э, извините», — пробормотала она дрожащим голосом. Сердце Алексис сжалось от мысли о том, что она собирается сделать. «Я… я прошу прощения», — прошептала Алексис, ее красные глаза горели отчаянием. «Я не хочу причинить вам боль, но… у меня нет выбора».