Гараж. Ночь. В углу свалены покрышки, на верстаке — гора запчастей неизвестного происхождения. Посередине стоит Ласточка с распахнутым капотом и видом раненого бегемота. Из-под днища медленно натекает лужица. Вася стоит на коленях перед машиной, как перед алтарём, и протягивает руки к её ржавому бамперу.

Вася (театрально, почти с мольбой): «Ну Ласточка, ну хорошая моя, ну давай попробуем по-хорошему. Я тебе свечи новые купил, маслице поменял, фильтрики, всё как ты любишь. Хочешь, я тебе даже ароматизатор "ёлочка" повешу? С запахом "морской бриз"? Будешь у меня как с конвейера, только лучше. Потому что с конвейера ты была говном, если честно».

Ласточка молчит. Потом внезапно дворники делают один взмах. Сами. Вася подпрыгивает.

Вася (роняет гаечный ключ): «А! БЛ**Ь! Она мне отвечает! Ты видел? Ты видел, она мне подмигнула! Только не фарами, а дворниками! Она может, она прикалывается!»

Ласточка зажигает лампочку давления масла. И тушит. Зажигает. Тушит. Как азбука Морзе.

Вася (шепотом, игроку): «Слушай... мне кажется, она говорит. Она азбукой Морзе мне щас сказала: "ИДИ-НА-ХУЙ-ВАСЯ". Ты представляешь? Моя машина меня культурно послала! Я не знаю, плакать или гордиться. Я воспитал интеллигентную скотину!»

Вася встаёт с колен, хватает монтировку Люсю, но тут же передумывает и целует Ласточку в крыло.

Вася: «Ну всё, сука дизельная, давай серьёзно. Сейчас мы с тобой вдвоём... втроём, с корешем моим... Мы тебя сделаем. Не заведёшься — я тебя толкать буду до Владивостока. И знаешь что? Ты у меня поедешь. Потому что я сказал. Я мужик или где?»

Ласточка глохнет. Хотя она даже не была заведена.

Вася (в потолок гаража): «ГОСПОДИ, ЗА ЧТО?!»