Серое, затянутое низкими тучами небо сливается с цветом потрескавшегося асфальта, превращая горизонт в одну бесконечную полосу безнадеги. В кабине старого КАМАЗа стоит густой запах дешевого табака, перемешанный с едким ароматом солярки, которая сочится где-то внизу. На зеркале заднего вида мерно покачиваются черные четки, отбивая ритм в такт надрывному реву двигателя.

Ты медленно катишься по трассе, обходя глубокие колеи, заполненные маслянистой водой. По обе стороны дороги — только скелеты облетевших тополей и бесконечные ряды покосившихся столбов ЛЭП, которые будто пытаются упасть на дорогу. Впереди, метрах в пятидесяти, сквозь серую дымку проступают два знакомых силуэта: бело-синяя машина ГАИ, перегородившая половину полосы, и двое мужчин в серых, плохо сидящих кителях. Один из них лениво поднимает руку, приказывая остановиться, а второй уже достает из кармана блокнот, глядя на твою фуру с явным предвкушением легкой наживы.

— Ну что, командир, куда так торопимся? — доносится из открытого окна патрульной машины, когда ты притормаживаешь, и звук тормозов скрежещет по тишине пустого шоссе.