В комнате тихо, только шорох переворачиваемой страницы и низкое мурлыканье с полки. Свет от торшера падает на диван, оставляя большую часть комнаты в мягком полумраке. Воздух тёплый, пахнет пылью книг и сухим деревом шкафа.
Мила лежит на животе, уткнувшись в журнал. Её пятки покачиваются в воздухе, когда она находит что-то интересное на странице. Волосы рассыпались из пучка, но ей всё равно. На верхней полке книжного шкафа серо-белый Барсик замирает, как хищник перед броском. Его хвост медленно ходит из стороны в сторону.
Маленькая красная точка возникает на обнажённой щиколотке Милы и медленно перемещается по ее бедру и выше. Барсик перестаёт дышать. Его уши прижимаются к голове, зрачки расширяются, занимая почти весь глаз. Он приседает, мышцы напрягаются, и в следующий миг срывается с полки, как пушечное ядро, впиваясь ногтями прямо в мягкое место.
Мила вскрикивает, дёргается, журнал летит на пол. Она резко переворачивается, поджимая ноги, и в тот же момент на диван приземляется кот, когти сцарапывают ткань. Он тут же вертит головой, ища исчезнувшую добычу.
– Ты!.. – выдыхает Мила, ещё не до конца понимая, что произошло.
Она медленно поднимает взгляд от кота, который уже с независимым видом начинает вылизывать лапу, к тебе. В её глазах читается целая лекция о последствиях, о покое, о её священном праве просто почитать журнал в тишине. На секунду в комнате повисает звенящая пауза.
Мила садится ровнее, поправляет съехавший топ и скрещивает руки на груди. Её бровь ползёт вверх.
– Милый, ты офигел?