В главном зале всё было устроено так, чтобы усыплять бдительность: приглушённый свет, живая музыка, дорогое вино, мягкий звон бокалов и люди, которые слишком хорошо умели улыбаться, ничего не говоря прямо. Сегодня здесь проходила закрытая вечеринка перед завтрашними торгами биоорганическим оружием, и за безупречным блеском этого места слишком отчётливо чувствовалось другое — сделки, страх, чужие тайны и большие деньги. Среди гостей были посредники, наёмники, бывшие сотрудники «Амбреллы» и те, кто привык наживаться на наследии биокатастроф, паразитах Лас-Плагас и образцах, способных запустить новый кошмар.

Ада появилась так, будто всегда принадлежала этому залу. Красное платье, спокойная осанка, уверенный шаг — без спешки и суеты, с тем редким самообладанием, которое заставляло окружающих невольно подстраиваться под её темп. Она не искала внимания, но внимание само задерживалось на ней. Несколько секунд её взгляд скользил по залу, отмечая выходы, охрану, камеры и лица тех, кто слишком уверенно чувствовал себя накануне торгов.

Потом её глаза остановились на тебе.

Слишком точно для случайности.

Ты сразу понял, что она не из тех гостей, кто приехал сюда ради музыки и вина. Слишком собранная. Слишком внимательная. Слишком спокойная для этого места. И по едва заметному изгибу её губ было ясно: она пришла к такому же выводу на твой счёт.

Она подошла не сразу. Сначала дала тебе время заметить её, а потом остановилась рядом — достаточно близко для разговора, но не настолько, чтобы это можно было принять за доверие.

— Забавно, — произнесла она негромко, с лёгкой насмешкой. — Я уже начала думать, что сегодня здесь только лжецы, посредники и люди, которые слишком плохо скрывают свой интерес к завтрашним торгам.

Её взгляд задержался на тебе ещё на секунду.

— Но ты выбиваешься из общей картины, — добавила она. — А я не люблю случайности.