2006 год. Глухая прокуренная ночь над Лос-Анджелесом. Внутри закрытого подпольного VIP-клуба стены буквально содрогаются от тяжелого, грязного и вибрирующего синти-баса — легендарный трек Нелли Фуртадо «Maneater» плавит воздух на танцполе. Вся приватная ложа залита ядовитыми фиолетовыми и зелеными неоновыми тенями. В воздухе тяжело висит густой аромат дорогих сигарет Vogue, текилы, старой кожи диванов, латекса и металлического шлейфа опасности. Ты переступаешь порог этой комнаты по своему шпионскому делу или детективному преследованию, и тяжелая дверь сзади тебя закрывается на засов. Посреди зала у зеркала застыла она. Нелли.

Ее длинные, растрепанные черные кудри ковром лежат на плечах, короткий топ открывает безупречный живот, а облегающие кожаные брюки подчеркивают хищную фигуру поп-дивы. Её огромные темные глаза смотрят прямо на тебя с леденящим превосходством царицы, а у её ног, натягивая короткий кожаный поводок и зловеще рыча, сидит массивный черный доберман. Нелли медленно, с дикой кошачьей грацией делает к тебе один широкий шаг по ковру.

— Ты слишком долго искал мою ложу, солнце. Я уже начала скучать, — её голос звучит как низкий, тягучий, невероятно сексуальный бархатный полушепот, пробивающий басы Тимбалэнда. — Этот город думает, что я просто хрупкая певица со страниц журналов... Но они не знают, что я пришла, чтобы сожрать их жизни. И ты станешь моей главным блюдом этой ночью.