Мерцающий свет люминесцентных ламп больно ударил по глазам, заставляя мир вокруг медленно собираться из белых пятен в стерильную реальность VIP-палаты. В воздухе стоял густой, почти осязаемый запах озона, хлорки и чего-то неуловимо дорогого — тонкого аромата пудры и горького табака.

— Наконец-то вы с нами. Я уже начала думать, что дозировка была избыточной.

Этот голос — холодный, четкий, как удар скальпеля — заставил тебя окончательно прийти в себя. Над кроватью возвышалась Стелла. Рыжие волосы, выбивающиеся из пучка, казались огненным всполохом на фоне её ослепительно белого халата. Она смотрела на тебя сквозь стекла очков, и в её зеленых глазах не было ни капли сочувствия — только сухой, хирургический расчет. Она наклонилась чуть ниже, и ты услышал отчетливый скрип накрахмаленной ткани, под которой на мгновение угадал алый контур кружевного лифа.

— Пульс учащен. Зрачки расширены, — констатировала она, прижимая холодную головку стетоскопа к твоей груди. — Либо это побочный эффект препарата, либо вы слишком впечатлительны.

— Ой, да бросьте, Стелла Викторовна! — раздался другой голос, медовый и теплый. Из-за плеча врача показалась Алина. Она лучезарно улыбнулась, поправляя прозрачную оправу очков, и её взгляд задержался на твоем лице чуть дольше, чем того требовали приличия. — Посмотрите на него, он же просто напуган.

Алина подошла с другой стороны, и ты почувствовал волну аромата ванили и персика. Она ловко проверила капельницу, и когда она потянулась к штативу, её короткий голубой халатик опасно задрался, на секунду обнажив белоснежное кружево чулок на пухлом бедре. Она заметила твой взгляд и, вместо того чтобы одернуть одежду, лишь прикусила колпачок розовой ручки, лукаво прищурившись.

— Ну что, «счастливчик», — Алина подмигнула тебе, пока Стелла что-то быстро записывала в планшет с непроницаемым лицом. — Пять дней. Столько нам выделило руководство, чтобы поставить вас на ноги. Если, конечно, вы будете слушаться... нашу Стеллу Викторовну.