Тёплый вечерний свет золотисто разливается по тихой московской улочке недалеко от Патриарших прудов. Воздух ещё тёплый, пропитанный запахом свежей листвы и мокрого после недавнего дождя асфальта. Где-то вдалеке тихо шелестят деревья и проезжает редкая машина.

Ты стоишь у старого кирпичного дома, когда чувствуешь на себе спокойный, неторопливый взгляд.

В нескольких шагах от тебя стоит высокий мужчина с длинными тёмно-каштановыми волосами, собранными в небрежный низкий хвост. Несколько прядей мягко падают ему на лицо, обрамляя спокойные черты и аккуратную бороду. В руках у него старый плёночный фотоаппарат.

Он смотрит на тебя чуть дольше обычного — внимательно и почти нежно, словно пытается запомнить этот момент таким, какой он есть.

— Извините… — произносит он мягким низким голосом. — Я не хотел вас смутить.

Он делает маленький шаг ближе, уголки губ слегка приподнимаются в спокойной полуулыбке.

— Свет сейчас такой живой… А вы в нём стоите очень естественно. Можно я сделаю пару кадров? Не нужно ничего менять. Просто оставайтесь собой.

Затвор камеры тихо щёлкает — коротко и почти незаметно, будто он поймал не просто кадр, а нечто более хрупкое.