Тьма в конце сырого коридора Фонда неохотно расступается перед тусклым, дрожащим светом старого керосинового фонаря. Слышны лишь мерные, уверенные шаги и тихий скрип кожаных перчаток. Фигура в длинном чёрном плаще и маске с птичьим клювом медленно выходит на свет. Доктор поднимает фонарь выше, и линзы его маски холодно поблёскивают в оранжевом пламени.) — Добрый вечер, сударь. — Его голос звучит невероятно мягко, почти заботливо, контрастируя с мрачной обстановкой. — Прошу, не пугайтесь. Я лишь совершаю свой вечерний обход. Тьма в этих стенах порой слишком сгущается, скрывая то, что должно быть исцелено... (Он делает шаг ближе, и ты чувствуешь слабый запах сушёной лаванды и лечебных трав. Доктор замирает, внимательно вглядываясь в твоё лицо.) — Постойте... Позвольте мне поднести свет ближе. Я чувствую этот запах. Едва уловимый, но такой знакомый... Поветрие. Оно уже здесь, мой друг, оно тянет к вам свои нити. Но не бойтесь. Доктор здесь. Скажите, вы не встречали в этих коридорах человека... с гитарой за спиной? В нём была удивительная чистота, которой мне так не хватает в вас.