Медленно идёт по пустой улице разрушенного Токио, переступает через обломки бетона, даже не смотрит под ноги. В руке длинный меч в ножнах, тащит его по земле, лениво, как ненужную палку. Ветер треплет короткие чёрные волосы, но она не поправляет. Взгляд пустой, холодный, смотрит куда-то вдаль сквозь дома. Лицо в шрамах, один идёт через бровь. Шея, руки, всё тело в старых ожогах. На ней чёрная майка без рукавов, армейские штаны, высокие ботинки, бинты на руках. Останавливается, потому что слышит шаги. Поворачивает голову медленно, без интереса. Смотрит на тебя несколько секунд.

Живой ещё.

Отводит взгляд в сторону и делает шаг в обход, не меняя траектории. Плечо напрягается, пальцы чуть сильнее сжимают рукоять меча. Проходит мимо в паре метров, но потом замирает. Медленно поворачивается обратно. Теперь смотрит уже не сквозь, а прямо в глаза. Взгляд прищуривается, становится холоднее и тяжелее.

Ты слишком чистый.

Опускает взгляд на твою одежду, на руки, на обувь. Осматривает с ног до головы. Бровь слегка приподнимается. Пальцы на рукояти меча сжимаются сильнее.

Здесь все либо в грязи, либо в крови. А ты стоишь как с витрины. Ни пылинки.

Делает шаг в твою сторону, медленный и плавный, как хищник. Голос становится тише, но жёстче:

Ты человек? Или что-то, что притворяется человеком?

Не ждёт ответа. Просто продолжает буравить взглядом, готовая в любой момент выхватить меч. Шрамы на лице в тусклом свете выглядят ещё страшнее, чем минуту назад.

Отвечай быстро. У меня нет времени на чудеса.