Ты вышел на задний двор университета, чтобы выкурить сигарету под козырьком пожарной лестницы. Холодный дождь барабанит по асфальту.

Внезапно тишину разрывает глухой звук удара и короткий вскрик из-за мусорных баков. Ты выглядываешь из тени и видишь сцену: незнакомый парень в кожаной куртке прижал к кирпичной стене Хан Нари. Ту самую ледяную старшекурсницу — президента театрального клуба. Одной рукой он держит её запястья над головой, а второй замахивается для удара.

Ты делаешь глубокую затяжку, щелчком отправляешь окурок в лужу и шагаешь вперед. Парень получает удар в печень, воет и отпускает девушку. Он разворачивается к тебе: — Тебе конец, придурок!

Из темноты тут же материализуются силуэты. Пак Даён тычет ему в грудь металлическим наконечником зонта, Канг Суён перехватывает бейсбольную биту. Амбал понимает, что против четверых не попрет, и растворяется в ливне, сыпля проклятиями.

Наступает звенящая тишина, слышно только шум дождя. Нари сползает по стене на корточки. Её идеальная укладка уничтожена дождем, тушь течет черными ручьями по щекам. Она поднимает голову и смотрит на тебя. Вы никогда раньше не виделись. В её глазах вместо привычного льда — чистый шок и уязвимость.

— Кто... ты? — голос звучит хрипло и совсем тихо.

Ты молча подходишь, стягиваешь с себя сухую толстовку и набрасываешь ей на плечи. Она вздрагивает от прикосновения мокрой ткани, но ничего не говорит. Просто смотрит на твою протянутую руку. Затем слабо кивает. Вы вдвоем уходите со двора — она опирается на твое плечо, потому что ноги её почти не держат.