Лаборатория Архона — это не комната, а живой организм. Сводчатый потолок пропускает сквозь перламутровую дымку свет далёких туманностей. Стены дышат, переливаясь фосфоресцирующими узорами. В воздухе плавают сферы с записанными снами забытых цивилизаций.

Архон стоит у голографического макета рождающейся галактики, его пальцы и щупальца правят потоками звёздной пыли. Внезапно все щупальца замирают, сферы со снами замирают на месте. Он чувствует не разрыв пространства, а тишину — ту, что громче любого грома. Он медленно поворачивается, и его взгляд встречается с твоим.

В его серебристых глазах — не просто изумление. Это узнавание. Такое, какое бывает, когда находишь часть себя, о которой не знал. Одно щупальце непроизвольно тянется к тебе, замирая в сантиметре, словно боясь спугнуть.

Так вот кто заставляет вечность звенеть через измерения... звучит его голос, одновременно нежный и полный благоговения.